На прошлой неделе в США проходили судебные заседания по делу OpenAI, в рамках которого Илон Маск (Elon Musk) обвиняет бывших соратников по стартапу в отклонении от изначальной гуманитарной миссии и прочих проступках. Адвокат Маска предложил президенту OpenAI Грегу Брокману (Greg Brockman) вернуть те $29 млрд, которые он смог получить в форме акций стартапа.
Источник изображения: OpenAI
Свою линию законные представители Маска в данном случае строят на изучении записей в дневнике Брокмана, датируемых 2017 годом. В тот период Илон Маск уже вошёл в конфронтацию с генеральным директором OpenAI Сэмом Альтманом (Sam Altman) и президентом Грегом Брокманом. С одной стороны, Маск настаивал на получении контроля над разработками OpenAI, с другой стороны, он противился попыткам соратников создать коммерческую структуру внутри стартапа для зарабатывания денег.
Выступая на этой неделе в суде, Грег Брокман подтвердил, что ему принадлежит доля в капитале OpenAI, которая оценивается в $30 млрд. При этом сам он в 2017 году, рассуждая на страницах личного дневника, пытался понять, каким способом ему удастся заработать $1 млрд. Также упоминались высказывания Брокмана о том, что «было бы неплохо заработать миллиарды» и «идея зарабатывания денег звучит великолепно». За неделю до начала слушаний по этому делу, как сообщает Bloomberg, Маск попытался договориться с Альтманом и Брокманом о снятии взаимных претензий. В случае отказа он обещал сделать из них «самых ненавидимых людей в Америке» всего за одну неделю, в течение которой будут продолжаться судебные заседания с его участием. Впрочем, суд отказался приобщить эту переписку к материалам дела. Представители OpenAI собирались использовать это заявление Маска в качестве доказательства его первичной мотивации — «атаковать конкурента и его принципы». Судья заявила, что представители OpenAI опоздали с приобщением переписки к материалам дела, поскольку свои показания Илон Маск давал всю прошедшую неделю, и действовать противоположной стороне следовало бы тогда же.
Напомним, Маск пытается в суде получить от OpenAI крупную материальную компенсацию, добиться отстранения Альтмана и Брокмана от управления стартапом, а также обратно превратить OpenAI исключительно в некоммерческую организацию. Примечательно, что обнародованные адвокатом Маска выдержки из личного цифрового дневника Брокмана говорят об озабоченности президента OpenAI этическими аспектами взаимодействия с Маском в 2017 году. Брокман открыто отмечал в своём дневнике, что он и Альтман не должны давать Маску обещаний сохранить за OpenAI некоммерческий статус, поскольку в действительности планируют создать коммерческую структуру. Соответствующие преобразования в более поздний период, как рассуждал тогда Брокман, дадут Маску все основания утверждать, что его вводили в заблуждение.
Источник изображения: Unsplash, Levart_Photographer
Упоминания Брокманом в своём дневнике мечты заработать $1 млрд адвокаты Маска используют в качестве доказательства материальной заинтересованности Брокмана в развитии бизнеса OpenAI в ущерб первоначальной миссии. Брокман в ответ на эти обвинения заявил, что на первом месте для него стоят гуманистические цели, но на втором месте он действительно расположил бы материальную мотивацию. Адвокаты OpenAI настаивают, что высказывания Брокмана в его дневнике противоположной стороной были вырваны из контекста и скомпонованы таким образом, чтобы выставить его в невыгодном свете перед судом.
Представители Маска также уличили Брокмана в предоставлении обещаний, которые он не выполнил в части финансирования OpenAI из личных средств. Президент стартапа в определённый момент заявил о готовности вложить в OpenAI около $100 000, но никогда этого в действительности не делал. Брокман в суде заявил, что он готов и сейчас направить эту сумму в капитал OpenAI, а первоначально он просто ждал сигнала от Альтмана, чтобы подобрать для этого подходящий момент. Адвокаты Маска предложили Брокману вернуть $29 млрд на нужды некоммерческой структуры OpenAI, если он готов довольствоваться тем $1 млрд, о котором мечтал в 2017 году. В ответ Брокман замешкался, но подчеркнул, что любые обвинения в его адрес о получении средств из некоммерческого фонда OpenAI «искажают картину того, чем мы здесь занимаемся». По его словам, обладание долей в капитале OpenAI стоимостью $30 млрд никак не влияло на его способность непредвзято исполнять свои обязанности члена совета директоров некоммерческой организации. Подобную компенсацию Брокман считает справедливой, учитывая потраченные им и Альтманом «кровь, пот и слёзы» на пути превращения OpenAI в стартап с капитализацией $852 млрд. Некоммерческая структура OpenAI получила в своё распоряжение около $150 млрд, как отмечает Financial Times.
В ходе судебного заседания с участием Брокмана также выяснилось, как сообщает Reuters, что он владеет долями в двух стартапах, связанных с генеральным директором OpenAI Сэмом Альтманом (Cerebras и Helion Energy), а ещё у него есть доля в семейном фонде, который управляет активами Альтмана. Он получил её в 2017 году, и тогда её рыночная стоимость не превышала $10 млн. Адвокаты Маска настаивают на том, что тем самым Альтман завоевал будущее расположение Брокмана в продвижении своих интересов при управлении OpenAI, особенно в части перевода стартапа на коммерческие рельсы.