Offсянка

Человек, пришедший перекроить Samsung

Настоящие таланты всегда довольно универсальны и могут порой в середине жизненного пути переключиться на какую-либо смежную область. Сегодня мы расскажем о человеке, который, устав от медленного развития автоиндустрии, перешел на работу в потребительскую электронику.

Читателям 3DNews, как показывают наши секретные приборы, в основном несколько больше 10 лет, поэтому все они должны хорошо помнить, что в сентябре 2001 года мир пребывал в унынии. Но очень узкая группа людей — фанаты автомобилей BMW — горевали вдвойне. Этот, прямо скажем, нехороший месяц им дополнительно испортил настроение масштабным «террористическим актом против хорошего вкуса» — анонсом на Франкфуртском автошоу «семерки» с радикально новым дизайном кузова, также известной под кодом E65.

В 2001 году новая «семерка» многих повергла в шок

Выпавшие в осадок автожурналисты и околоавтомобильные «пикейные жилеты» не знали, с чего начать — ужасным было все. Тяжеловесная «двухслойная» крышка багажника, будто бы приваренная от другой машины, странным образом вогнутые поверхности, фары, которые тут же окрестили «глазами грустного спаниеля»… Ужасной была и «инновационная» электронная система iDrive, но это был единственный недостаток, который не ставили в вину новоявленному «террористу от автодизайна» — незадолго до того назначенному главным дизайнером BMW Кристоферу Эдварду Бэнглу. Дальнейшее хорошо известно и школьникам младших классов — в 2003-м «испортили» пятерку, в 2005-м — тройку, а за год до того шокировали фанатов дорогой марки довольно доступной и страшно лупоглазой «копейкой».

Кристофер Бэнгл и его грустные глаза

Крис Бэнгл родился и вырос на Среднем Западе США и, как выяснилось, довольно серьезно думал над выбором стези методистского священника — впоследствии его недоброжелатели не раз говорили, что лучше бы Бэнгл им и стал. Но, как следует пораскинув мозгами, он уехал в благословенную Калифорнию учиться промышленному дизайну. Его первым настоящим работодателем стал Opel, где нашему герою с осторожностью доверили лишь дизайн концепт-автомобиля Junior. Осторожность оправдалась — Бэнгл сразу проявил склонность к приданию автомобилям несколько «депрессивного» вида. Концепт в серию не пошел, хотя Opel планирует вернуться к идее Junior в 2013 году. Посмотрим, каким он будет.

Депрессивная машинка на депрессивном фоне

Следующим местом работы стал итальянский FIAT, где Бэнгл поднялся до ведущего дизайнера вполне серийного автомобиля — FIAT Coupe. Депрессивный «взгляд» никуда не делся, и к нему добавились рубленые, достаточно резкие линии кузова. Дизайн, хотя и опередил свое время лет на 10, понравился не всем — за 7 лет производства на дороги попали чуть более 70 тысяч машин. (К слову, вопреки общему отношению к герою материала, Coupe автору этой статьи очень нравится. Есть в нем какое-то развитие идеи DeLorean).

FIAT Coupe: вот может же, когда захочет!

Но Бэнглу было уже не до итальянцев — в октябре 1992-го он завершил свой маленький евротур, согласившись возглавить направление дизайна американского отделения BMW. До самого конца 90-х его деятельность освещалась довольно скупо. Слухи о причастности к созданию великолепной, умопомрачительной Z8 оказались несколько преувеличенными — автором ее прототипа Z07 считается один из калифорнийских подчиненных Бэнгла датчанин Хенрик Фискер, создавший совершенно феерические Aston Martin DB9, Vantage и Tesla Model S (вот! Вот он, лучший автодизайнер всех времен и народов!). Вместе с тем Бэнгл нашел способ отличиться и одновременно всех по-честному предупредить: на франкфуртском шоу 99-го года публике показали четырехместное концепт-купе BMW Z9, радикально отличавшееся от всех баварских серийных моделей того времени.

Нельзя сказать, что Бэнгл никого не предупреждал…

Впрочем, выставлять Бэнгла злым гением, на корню попортившим славную баварскую марку с разумно-консервативным дизайном, не позволяют два обстоятельства. Во-первых, ряд инсайдеров указывают на то, что на самом деле Бэнгл был рядовым исполнителем. «Политбюро» в Мюнхене запросило у новоявленного шефа дизайна три варианта развития имиджа: спокойный, чуть более резвый и радикально-взрывной. Бэнгл вроде бы честно представил все три, и старцы остановились на радикальном.

Насколько он соответствовал устремлениям самого американца, сказать сложно, но для широкой публики Бэнгл всегда находил довольно убедительные аргументы в поддержку «пламенных поверхностей»: «Критика в основном исходит от реакционеров, забывших об инновационной сущности марки BMW. Да и автоиндустрия просто нуждалась в переменах. Пару лет — и остальные марки потянулись за нами» (цитата из интервью изданию MotorTrend, январь 2006).

Во-вторых, был и более практический аргумент в пользу правоты Бэнгла: деньги. Сегмент премиальных автомобилей, до того обслуживающий в основном вкусы консервативной европейской и американской публики, внезапно ощутил смещение фокуса спроса в сторону развивающихся стран,  где старые рецепты не работали. Бэнгл: «Предыдущая семерка была элегантной классической машиной, но она не продавалась в люкс-сегменте так, как мы бы этого хотели. Мы знали, что драйверами роста стали азиатские рынки, например Китай. Демографически это вообще другие покупатели, и наши конкуренты нас там опережали» (все то же интервью). Результаты проявились довольно скоро: продажи ощутимо выросли, и, что самое главное, позволили опередить заклятых врагов из Mercedes.

Ставка на азиатские вкусы вполне оправдалась

Впрочем, критиков редко можно успокоить такими мелочами, особенно если это коллеги по цеху. Есть несколько хлестких отзывов, которые вспоминают практически все, кто пишет о Крисе Бэнгле. Например, промышленный дизайнер Марк Ньюсон отозвался о спортивном кабриолете Z4 как о «высеченном с помощью мачете», — на этом месте стоило бы вспомнить FIAT Coupe. Шеф-дизайнер Ford Джэй Мэйс (Audi 100, VW New Beetle), признает вклад американца в автодизайн, но собственную оценку дает практически сквозь зубы: «Не фанат». Наиболее мягко высказался бывший дизайнер Renault Патрик Ле Кеман: «Бэнгл очень влиятельный дизайнер, и уж точно самый обсуждаемый. С пропорциями у него все хорошо, но мне не нравится его страсть к вогнутым поверхностям, без которых машина выглядит не так мускулисто, поджато и собранно».

Маститый дизайнер Патрик Ле Кеман к бэнгловским мотивам относится критически

Что до разнообразных автожурналистов и блогеров, то ненавистники американца не утруждают себя профессиональными реверансами, частенько коверкая фамилию в Bungle («халтура» — англ.) или, в лучшем случае, называя его стиль «деконструктивизмом».

Нам же пора вспомнить, что 3DNews больше полагается интересоваться компьютерами, и освежить в памяти дальнейшее развитие карьеры Бэнгла — где как раз начинается самое интересное. Еще в середине двухтысячных в его интервью стали попадаться вот такие куски: «Автомобили сейчас как компьютеры в 1952-м — их могут себе позволить далеко не все, и до того момента, когда купить себе машину можно будет в любом супермаркете, нам еще далеко. Автоиндустрия очень сильно отстает по эффективности и динамике снижения стоимости от других отраслей, так что нам нужно засучить рукава — и за работу!» Однако, вместо того чтобы «засучить рукава» и переделать автоотрасль, Бэнгл в феврале 2009 покинул BMW и открыл свою компанию, с заявленной целью взяться за дизайн потребительской электроники.

Пара лет ненапряжной работы — и за американца по-настоящему взялись рекрутеры из страны, где ему еще не довелось трудиться, а именно Южной Кореи. Hyundai Motor не повезло — Бэнгл достаточно ясно высказался, что в занятии автодизайном смысла более не видит. Другим корейским «наниматорам» подфартило гораздо больше, и уже весной нынешнего года поползли слухи о том, что именитый дизайнер переходит на работу в Samsung. Буквально пару недель назад эти слухи официально подтвердили представители компании в интервью корейской JoongAng Daily.

Скоро фирменный «бэнгловский» дизайн филейных частей появится и у планшетовSamsung

Сказать, что это решение для Samsung своевременно и выгодно, — не сказать ничего. Компания весьма дерзко претендует на лидерство во многих сегментах потребительской электроники, причем не только в плане продаж, но и в мастерстве владения умами публики и раздвижения рамок возможного. Очевидно, что для этого Samsung еще предстоит сделать многое (в частности, более акцентированно решить вопрос с собственной экосистемой), и одной из главных задач становится как раз создание яркого, неповторимого стиля, который бы позволил, условно говоря, максимально четко выделять будущий Galaxy S 5 из океана остальных «ведроидов». Для задачи переворота всего с ног на голову человек с такой историей, как у Бэнгла, подходит как нельзя лучше.

Особая ирония ситуации заключается в том, что если раньше американцу приходилось для поднятия продаж европейских автомобилей потакать азиатским вкусам, то теперь, по словам официальных представителей корейского гиганта, основным достоинством Бэнгла как профессионала становится доскональное знание вкусов американских и европейских потребителей. Именно они, согласно статистике, более чем в половине случаев выбирают в качестве нового телефона смартфон и вполне могут позволить себе к нему планшетный ПК в комплект. Таким образом, ожидать появления во второй реинкарнации Galaxy Tab 10 некоей версии фирменной «бэнгловской задницы» не приходится.

Если бы былые дизайнеры Samsung давали советы Создателю по вопросам мимикрии, даже йоркширские терьеры выглядели бы страшнее питбулей

Самая же позитивная для корейцев сторона вопроса — реальный шанс перестать копировать Apple. Любой, кто видел аксессуары к линейке Galaxy Tab, даже не будет спрашивать, за что именно его сейчас собираются запретить продавать в Европе. Появление в обойме корейцев таланта такого масштаба позволит найти свой стиль и, возможно, даже отвлечет Джонатана Айва от мыслей об уходе из Apple — ментальную битву двух таких махин промышленного дизайна наблюдать будет крайне увлекательно. Кто как, а автор ушел за попкорном. 

 
 
Если Вы заметили ошибку — выделите ее мышью и нажмите CTRL+ENTER.
Материалы по теме
⇣ Комментарии