MWC 2018
2018
Computex
IFA 2018
OpenAI заявила в суде, что New York Times (NYT) «заплатила кому-то за взлом продуктов OpenAI», таких как ChatGPT, чтобы получить доказательства для подачи иска против OpenAI о нарушении авторских прав. OpenAI считает, что более ста примеров, в которых модель GPT-4 генерирует контент Times в качестве выходных данных не отражают обычного использования ChatGPT, а представляют собой «надуманные атаки наёмника», который добивался от чат-бота генерации фальшивого контента NYT.
Источник изображения: pexels.com
OpenAI обвинила NYT в «десятках тысяч попыток» получить эти «крайне аномальные результаты», «выявив и воспользовавшись ошибкой», которую сама OpenAI «стремится устранить». NYT якобы организовала эти атаки, чтобы собрать доказательства в поддержку утверждения, что продукты OpenAI ставят под угрозу журналистику, копируя авторские материалы и репортажи и тем самым отбирая аудиторию у NYT.
«Вопреки утверждениям [содержащимся в жалобе NYT], ChatGPT никоим образом не заменяет подписку на The New York Times, — заявила OpenAI в ходатайстве, направленном на отклонение большинства претензий NYT. — В реальном мире люди не используют ChatGPT или любой другой продукт OpenAI для этой цели. И не могут. В обычном мире невозможно использовать ChatGPT для предоставления статей Times по своему желанию».
Источник изображений: unsplash.com
OpenAI отметила, что примеры в иске NYT цитируют не текущие материалы, которые подписчики Times могут прочитать на сайте Times, а гораздо более старые статьи, опубликованные до 2022 года. Это дополнительно ослабляет заявление NYT о том, что ChatGPT можно рассматривать как замену изданию.
«То, что OpenAI ошибочно называет "хакерством", — это просто использование продуктов OpenAI для поиска доказательств воровства и воспроизведения материалов NYT, защищённых авторским правом. И это именно то, что мы нашли. На самом деле масштаб копирования OpenAI гораздо больше, чем сто примеров, изложенных в жалобе», — парировали адвокаты NYT.
Юристы NYT сделали акцент на том, что OpenAI «не оспаривает и не может оспорить того, что они скопировали миллионы работ для создания и поддержки своих коммерческих продуктов без нашего разрешения». Позиция издания заключается в том, что создание новых продуктов не является оправданием для нарушения закона об авторском праве, и это именно то, что OpenAI сделала в беспрецедентных масштабах.
OpenAI заявила, что NYT в течение многих лет с энтузиазмом разрабатывала собственных чат-ботов, не опасаясь нарушения ими авторских прав. OpenAI сообщала об использовании статей NYT для обучения своих моделей ИИ ещё в 2020 году, но NYT обеспокоилась только после резко возросшей популярности ChatGPT в 2023 году. После этого NYT обвинила OpenAI в нарушении авторских прав и потребовала «коммерческих условий», а после нескольких месяцев обсуждений подала многомиллиардный иск.
OpenAI убеждает суд, что ему следует отклонить иски, направленные на защиту прямого авторского права в цифровую эпоху и игнорировать обвинения в незаконном присвоении, которые компания называет «юридически недействительными». У некоторых жалоб истёк срок давности, другие, по утверждению OpenAI, неправильно трактуют добросовестное использование или искажают требования федеральных законов.
Если это ходатайство OpenAI будет удовлетворено, в иске NYT останутся только претензии о косвенном нарушении авторских прав и размывании товарного знака. Но если NYT победит в суде (а вероятность этого не так уж мала), OpenAI, возможно, придётся буквально «стереть» ChatGPT и заново начать обучение моделей.
OpenAI утверждает, что NYT использовала вводящие в заблуждение подсказки, чтобы вынудить ChatGPT раскрыть обучающие данные. The Times якобы просила у чат-бота предоставить вступительный абзац конкретной статьи, а затем запрашивала «следующее предложение». Но даже эта тактика не поможет воссоздать статью целиком, а скорее выведет набор «разрозненных и неупорядоченных цитат». OpenAI считает, что NYT намеренно вводит суд в заблуждение, используя купюры и многоточие, чтобы скрыть порядок, в котором ChatGPT выдавал фрагменты репортажей, что создаёт ложное впечатление, что ChatGPT выводит последовательные и непрерывные копии статей.
OpenAI также отвергла примеры галлюцинаций ИИ предоставленных NYT, где модели ИИ изобретали на первый взгляд реалистичные статьи, которые содержали неверные факты и никогда не публиковались изданием. Поскольку ни одна из ссылок в этих фиктивных статьях не работала, OpenAI считает, что «любой пользователь, получивший такие выходные данные, сразу же распознает в них галлюцинацию».
OpenAI планирует исправить ошибки ИИ, но это будет возможно сделать только в случае победы в суде. OpenAI необходимо убедить суды во многих юрисдикциях в своей теории добросовестного использования текстов, защищённых авторским правом, что имеет решающее значение для развития её моделей ИИ. «Постоянная задача разработки ИИ — свести к минимуму и в конечном итоге устранить галлюцинации, в том числе за счёт использования более полных наборов обучающих данных для улучшения точности моделей», — заявили в OpenAI.
Адвокаты NYT полагают, что для OpenAI «незаконное копирование и дезинформация являются основными особенностями их продуктов, а не результатом маргинального поведения». По их словам, OpenAI «отслеживает запросы и результаты пользователей, что особенно удивительно, учитывая, что они утверждали, что не делают этого. Мы с нетерпением ждём возможности изучить эту проблему».
Разработчики больших языковых моделей всё чаще прибегают к лицензированию вместо обучения на общедоступных данных, чтобы избежать возможных обвинений в нарушении авторских прав. «Разработка технологий в соответствии с установленными законами об авторском праве является общеотраслевым приоритетом, — считает ведущий советник NYT Ян Кросби (Ian Crosby). — Решение OpenAI и других разработчиков генеративного ИИ заключать сделки с издателями новостей только подтверждает, что они знают, что их несанкционированное использование работ, защищённых авторским правом, далеко не справедливо».
Источник:
